m_sarbuchev

Categories:

Русские и либерализм


Как незаметно, но прочно слово «либерал» стало в нашей прессе бранным. Особенно в прессе, которая себя считает «патриотической» или даже «националистической». И даже не либерал, а обязательно «либераст» или что-нибудь в этом роде. Либеральные ценности русскому человеку чужды, а свою великую (обязательно великую – иначе мы не можем!) миссию русские видят исключительно в очищении мира от содомии. Ну, что ж, спору нет, идея достойная, только вот для великой миссии как-то мелковато. Да и что такое эти «либеральные ценности»? К чему они русскому человеку-то? Но если русский человек позволит себе хотя бы небольшой культурно, так сказать, исторический экскурс, то придется ему признать, что без этих самых либеральных, или «либерастических» идей его, русского человека-то, собственно, и не существует. 

Напомню, что либеральные идеи в наше отечество занесли не Каспаров, не Касьянов и не Маша Гайдар, и даже не Валерия Новодворская. Были в нашей земле мыслящие люди и опричь их. 

Либерализм как общественно-политическое и философское течение возник задолго до того как был Томас Джефферсон в 1789 году возглавил столь ненавистный русскому человеку государственный департамент США. К либеральным ценностям, например принято относить идею равенства всех граждан перед законом вне зависимости от сословного происхождения. Одним из первых «либерастов» был Тит Ливий, который защищал в частности свободу слова («равное право на речь»), а в государстве видел гаранта личной свободы гражданина. Что и говорить, идейка мерзопакостная и русскому человеку глубоко противная. Современный либерализм провозглашает права и свободы каждого человека высшей ценностью и устанавливает их правовой основой общественного и экономического порядка. При этом возможности государства и церкви влиять на жизнь общества ограничиваются конституцией. 

В Россию эти идеи проникли благодаря деятельности такого никчемного и ничтожного царька как Петр Алексеевич Романов, по странной прихоти истории прозванного Великим. С его легкой руки в образованные умы стали проникать идеи Локка, Бодена, Гоббса, Гроция. Эти «либерасты» до безобразия непочтительно относились к церкви и ставили под сомнение божественность происхождения власти. Форменное безобразие! Конечно, Петра, допустим, из истории России можно и вычеркнуть, но как же быть с флотом? Ведь не было бы его омерзительных европейских заимствований, таких, как например флот, как бы мы теперь обосновывали российскую юрисдикцию над Севастополем? Так что кривясь и содрогаясь от всей этой европейской мерзости, придется его оставить. Следующим большим поклонником, вернее поклонницей «либерастии» была Екатерина II, ну нашим патриотам она известна преимущественно тем же чем и депутат итальянского парламента Чичиолина, но недавно мне попались в руки секретные архивы и там – не поверите! – оказывается Украина как часть Российской империи становится известна именно при ней. Ее вельможи, кстати, все как один либерасты, и некоторые даже европейцы вот, например, Арман Эммануэль София-Септимани де Виньеро дю Плесси, он же  граф де Шинон, он же 5-й герцог Ришельё вроде как даже основал Одессу. То есть Новороссией мы обязаны … «либерастам». Николай Николаевич Раевский (младший) – один из основателей Новороссийска подозревался в связях с либерастами-декабристами, а еще один был такой либеральный поэт некий Александр Пушкин именно ему посвятил своего либерастического «Андрея Шенье», где есть такие строки:

От пелены предрассуждений

Разоблачался ветхий трон;

Оковы падали. Закон,

На вольность опершись, провозгласил равенство,

И мы воскликнули: Блаженство!

О горе! о безумный сон!

Где вольность и закон? Над нами

Единый властвует топор.

Мы свергнули царей. Убийцу с палачами

Избрали мы в цари. О ужас! о позор!

Но ты, священная свобода,

Богиня чистая, нет, — не виновна ты,

В порывах буйной слепоты,

В презренном бешенстве народа,

Сокрылась ты от нас; целебный твой сосуд

Завешен пеленой кровавой:

Ужас какой, как можно так отзываться о царях! Но этот Пушкин либераст еще тот! У него, конечно, время от времени прорываются верные идеи, типа вешать и пороть поляков, но в мировую литературу он вошел почему-то за другие заслуги. Другой основатель Новороссийска – Михаил Петрович Лазарев вообще 5 лет провел в Лондоне, обучаясь там у гейропейцев морскому делу, и, судя по всему выучил-то его неплохо, если помимо прочего сумел возглавить 3 кругосветные экспедиции и воспитать целую плеяду учеников - Нахимов, Корнилов, Истомин. Против власти он не бунтовал, но и священного трепета перед начальством не испытывал. История сохранила такой эпизод: уже пожилой адмирал был на приеме у государя-императора Николая I. После радушного приема, желая показать адмиралу свое расположение император сказал: «Старик, останься у меня обедать». «Не могу, государь, — ответил Лазарев— я дал слово обедать у адмирала Г.». Сказав это, он вынул свой хронометр, взглянул на него и, порывисто встав, промолвил: «Опоздал, государь!» Потом поцеловал озадаченного императора и быстро вышел из кабинета…

Идеи либерализма или вольности, (вольность в XIX веке не имела еще отрицательной коннотации и не ассоциировалась с безответственностью) можно сказать были хорошим тоном в образованном обществе. Все тот же Пушкин не унимался:

Лишь там над царскою главой

Народов не легло страданье,

Где крепко с Вольностью святой

Законов мощных сочетанье;

Где всем простерт их твёрдый щит,

Где сжатый верными руками

Гражда́н над равными главами

Их меч без выбора скользит

«Вольность» 1817

Если начать ревизию русской культуры, а желающим вычеркнуть раз и навсегда «либерастию» из русской семиосферы это непременно придется сделать, то проще перечислить тех кого следует оставить и это будет пять-шесть фамилий, которые вряд ли что-то скажут неспециалисту. Либеральные идеи фактически формировали повестку дня в XIX веке, обеспечив, в частности отмену крепостного права, реформу судебной системы, отмену телесных наказаний. Благодаря воздействию либералов на государя-императора была учреждена Государственная дума, да в конечном итоге была подготовлена почва для революции 1917 года. Так что большевики, столь яростно критикующие «либерализм» сами есть ни что иное, как плод именно либерализации общественного сознания. Будь оно консервативным, вряд ли бы их идеи смогли бы стать известными широким массам. Надо заметить, что в начале XX века, в период наиболее динамичного культурного и промышленного роста России, в период, когда Россия становилась интересна в мире, только очень ограниченные и упрямые люди оставались консерваторами и последовательными монархистами. Очень показательно в этом плане стихотворение К. Бальмонта 1907 года, называющееся НАШ ЦАРЬ. Кого-кого, а этого поэта трудно заподозрить в симпатиях к большевикам:

Наш царь — Мукден, наш царь — Цусима,

Наш царь — кровавое пятно,

Зловонье пороха и дыма,

В котором разуму — темно.

5 Наш царь — убожество слепое

Тюрьма и кнут, подсуд, расстрел,

Царь-висельник, тем низкий вдвое,

Что обещал, но дать не смел.

Он трус, он чувствует с запинкой,

10 Но будет, — час расплаты ждет.

Кто начал царствовать — Ходынкой,

Тот кончит — встав на эшафот.

Можно по-разному оценивать творчество номинанта на Нобелевскую премию по литературе (1923 г.) но нельзя не признать, что в этих строках сокрыто пророчество, касающееся не только лично гражданина Николая Романова, но и всей России. Давайте вычеркнем Бальмонта из русских, а заодно с ним и весь «Серебрянный век», состоявший на 90% из либералов и вестернизированных радикалов, вроде футуристов, тесно переплетенных с итальянскими гейропейцами. Что останется? Плеть, виселица и «Закон Божий»? Вряд ли эти атрибуты столь уж русские, хотя, несомненно, определенное место в русской истории они заняли. Тут важно понять, хотим ли мы видеть в этой истории еще хоть что-то кроме них. 

Error

default userpic

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.